Все статьи номера
Не прочитано
3
Корпоративные отношения

Бенефициар оспаривает решение общего собрания акционеров. Когда суд признает решение недействительным

В марте 2016 года Верховный суд изменил традиционный подход судов к корпоративным спорам. Раньше суды считали, что неакционер не может оспорить решение общего собрания акционеров. Бенефициары иногда пытались судиться с вышедшими из-под контроля компаниями, но обычно безуспешно. Теперь Верховный суд указал, что бенефициар может оспорить решение общего собрания как заинтересованное лицо, для которого решение повлекло правовые последствия (определение ВС РФ от 31.03.16 по делу № А40-104595/2014). Этой осенью он подтвердил свою позицию (определение ВС РФ от 01.09.16 по делу № А40-104595/2014).

Новый подход касается решений собраний любых гражданско-правовых сообществ, а не только общих собраний акционеров. Например, с его помощью можно оспорить решение общего собрания участников ООО.

Старый подход: только акционер может оспорить решение общего собрания акционеров

С точки зрения закона только акционер может оспорить в суде решение общего собрания акционеров. Суд примет решение в пользу истца, если решение принято с нарушением законодательства или устава общества, акционер не участвовал в общем собрании или голосовал против решения и решением нарушены права и законные интересы акционера (п. 7 ст. 49 Федерального закона от 26.12.95 № 208-ФЗ).


В деле № А42-6788/2011 Президиум ВАС РФ указал, что на момент принятия решения общим собранием акционеров истец не был акционером, поэтому он не вправе его обжаловать. Если истец считает, что его права нарушены, он вправе потребовать возместить убытки.

Суды толковали эту норму буквально и отказывали в исках лицам, которые не были акционерами на момент принятия спорного решения (постановление Президиума ВАС РФ от 02.07.13 № 2416/13 по делу № А42-6788/2011). Даже само общество не вправе оспаривать в суде решения, принятые его органами управления (постановление Пятнадцатого ААС от 09.12.13 № 15АП-17111/2013 по делу № А32-17166/2013). Такие же сложности возникали у акционеров материнского общества, когда они оспаривали решение общего собрания акционеров дочернего общества.

Так, акционеры материнского общества пытались оспорить решения дочерних обществ об одобрении сделок, направленные на вывод активов. Материнское общество было в них единственным акционером. Поэтому решения в качестве единственных акционеров дочерних обществ принимал генеральный директор материнского общества. Суды им отказали. Отказ мотивировался тем, что сама по себе зависимость дочернего общества от материнского (основного) не наделяет акционеров основного общества правом оспаривать решения органов управления дочерних обществ. Это может сделать только акционер (постановление ФАС Северо-Западного округа от 02.12.11 по делу № А56-55612/2008).

Тогда акционеры оспорили те же решения, но уже не как решения акционеров дочерних обществ, а как решения генерального директора материнского общества. Суд признал право акционеров оспаривать решения в таком порядке (постановление ФАС Северо-Западного округа от 20.02.13 по делу № А56-38334/2011). Иски были удовлетворены (постановление Тринадцатого ААС от 18.12.13 № А56-38334/2011). Фактически это решение подтвердило общепринятый подход судов. Неакционер не может оспорить решение общего собрания акционеров. Бенефициары тем более не могли это сделать.

ПРИМЕР ИЗ ПРАКТИКИ

Фабула дела: основное общество владело 100 процентами акций дочернего. Акционерами основного общества были четыре физических лица, которым принадлежало 50; 12; 26 и 12 процентов акций соответственно. Акционер с 50 процентами акций был генеральным директором дочернего общества. Единственный акционер дочернего общества принял решение снять его с должности. Генеральный директор обратился в суд с требованием признать решение недействительным.

Позиция суда: три инстанции указали, что обязательным условием для обращения в суд с заявлением об оспаривании решения общего собрания акционеров является наличие статуса акционера у истца как на момент принятия спорного решения, так и на момент обращения с иском в суд. Истец акционером дочернего общества не является. В удовлетворении иска отказано.

Реквизиты документа: постановление ФАС Московского округа от 30.07.10 № КГ-А40/7200–10 по делу № А40-98237/09.

Новый подход: решение общего собрания может оспорить не только акционер, но и бенефициар

Позиция Верховного суда в деле № А40-104595/2014 изменила практику. Решением общего собрания акционеров ЗАО «Аспект-Финанс» был назначен новый генеральный директор. Бенефициар общества оспорил решение в Арбитражном суде Москвы. Он считал, что оно принято неуполномоченными лицами, которые нарушили прямые указания акционеров. Параллельно бенефициар оспаривал действительность сделок нового генерального директора, направленных на вывод активов (определение ВС РФ от 27.05.16 по делу № А40-95372/2014). Бенефициар указывал, что может влиять на решения, принимаемые акционерами ЗАО «Аспект-Финанс», через цепочку иностранных компаний.

«Суды ошибочно считали, что обжаловать решения общего собрания акционеров могут только акционеры»

Сначала дело развивалось по стандартному сценарию. Первая инстанция отказала в иске, посчитав доводы истца о контроле над ЗАО «Аспект-Финанс» сомнительными. Апелляция и кассация оставили решение в силе. По их мнению, бенефициар не доказал свою заинтересованность в работе общества и нарушение своих прав. Суды не стали рассматривать по существу аргументы бенефициара в пользу недействительности решения (решение Арбитражного суда г. Москвы от 27.03.15; постановление Девятого ААС от 22.06.15; постановление АС Московского округа от 10.09.15 по делу № А40-104595/2014).

С ними не согласился Верховный суд. Суды ошибочно считали, что обжаловать решения общего собрания акционеров могут только акционеры. Это ограничение касается только оспоримых решений. Норма о ничтожности решений собраний (ст. 181.5 ГК РФ) защищает не только участников общества, но и иных лиц, для которых решения могут порождать правовые последствия (п. 2 определения КС РФ от 17.02.15 № 404-О). Чтобы оспорить решение как ничтожное, не обязательно быть акционером. Если такое решение нарушает интересы иного лица, это лицо может его оспорить. Суды не проверили, можно ли признать бенефициара иным лицом, чей интерес нарушен.

Бенефициар оспаривал решение именно по основаниям ничтожности: собрание приняло его без кворума (п. 2 ст. 181.5 ГК РФ) и с превышением компетенции (п. 3 ст. 181.5 ГК РФ). В доверенностях представителей обоих акционеров нет права голосовать на общем собрании, а одна выдана на три дня позже решения. Плюс по уставу ЗАО «Аспект-Финанс» только совет директоров мог назначить генерального директора.

Из-за этих нарушений Верховный суд направил дело на новое рассмотрение (определение ВС РФ от 31.03.16 по делу № А40-104595/2014).

Из этого решения следует важный вывод: если истец-неакционер ссылается на ничтожность решения общего собрания, суд не вправе отказать в удовлетворении иска, формально сославшись на отсутствие у истца статуса акционера. Суд обязан оценить по существу аргументы истца о ничтожности решения и проверить их обоснованность. Противоположный подход противоречил бы конституционному смыслу статьи 181.5 ГК РФ (п. 2 определения КС РФ от 17.02.15 № 404-О).

Бенефициар обязан доказать свой статус

Чтобы оспорить решение общего собрания акционеров, бенефициар должен подтвердить свой статус и раскрыть корпоративную структуру. В противном случае суд решит, что у бенефициара нет законного интереса, который нарушен оспариваемым решением, и оно не повлекло для него негативных последствий.

В корпоративном законодательстве нет понятия «бенефициар» и статус бенефициара прямо не регулируется. С точки зрения Гражданского кодекса его можно рассматривать, например, как лицо, имеющее фактическую возможность определять действия компании (п. 3 ст. 53.1 ГК РФ). Однако эта норма регулирует только ответственность лица за убытки, причиненные контролируемой организации. В деле № А40-104595/2014 этот пробел создал дополнительные проблемы для истца.


Бенефициарный владелец — физическое лицо, которое в конечном счете прямо или косвенно владеет (имеет преобладающее участие более 25 процентов в капитале) клиентом — юридическим лицом либо имеет возможность контролировать действия клиента (ст. 3 Федерального закона от 07.08.01 № 115-ФЗ).

Суды по аналогии использовали понятие «бенефициарный владелец», закрепленное статьей 3 Федерального закона от 07.08.01 № 115-ФЗ, хотя в самой статье говорится, что понятие предусмотрено только для целей данного закона. Истец в подтверждение статуса раскрыл всю цепочку иностранных компаний, с помощью которой он контролировал ЗАО «Аспект-Финанс». Цепочка заканчивалась кипрской компанией, принадлежавшей в равных долях (33,3%) трем акционерам, включая истца. В материалы дела были представлены нотариально заверенные переводы официальных свидетельств, деклараций траста и отчетов о компании.

На втором круге рассмотрения дела суды признали, что истец является бенефициарным владельцем, так как владеет 33,3 процента акций обществ, входящих в корпоративную структуру, и принимал решения как бенефициарный собственник бизнеса. Бенефициар имеет законный интерес в сохранении имущества ЗАО «Аспект-Финанс». Образование корпоративной структуры путем заключения трастовых соглашений предусмотрено налоговым законодательством (абз. 7 п. 2 ст. 11 Налогового кодекса РФ). Так как истец является бенефициаром перечисленных им компаний и обязан уплачивать налоги и сборы, он вправе предъявить иск о признании недействительным решения общего собрания акционеров ЗАО «Аспект-Финанс».

В результате первая инстанция удовлетворила иск, сославшись на аргументы Верховного суда о ничтожности решения. Апелляция и кассация оставили решение в силе (постановление АС Московского округа от 19.01.17 по делу № А40-104595/14).

Применение «по аналогии» финансового и налогового законодательства было вынужденным шагом. Этот подход позволяет восполнить пробел в Гражданском кодексе, но создает другие проблемы.

Например, есть риск, что бенефициар с пакетом акций 25 процентов и менее не сможет добиться признания своего статуса. В этом случае истцу целесообразно заявить, что он является иным заинтересованным лицом по смыслу правовой позиции Конституционного суда (п. 2 определения КС РФ от 17.02.15 № 404-О). Суд не указывал, что таким лицом можно признать только бенефициара с определенной долей участия. Тот же подход разделяет Верховный суд, который допускает самостоятельное предъявление исков о признании недействительным ничтожного решения собрания. Суды обязаны рассматривать такие споры в общем порядке по заявлению любого лица, имеющего охраняемый законом интерес в таком признании (п. 106 постановления Пленума ВС РФ от 23.06.15 № 25). Не исключено, что в будущем в аналогичных спорах суды не будут ссылаться на Федеральный закон от 07.08.01 № 115-ФЗ и Налоговый кодекс, так как подобная «аналогия» не предусмотрена Гражданским кодексом — пункт 1 статьи 6 ГК РФ говорит о возможности применить по аналогии только гражданское законодательство (не налоговое и др.).

Бенефициар сможет оспорить только ничтожное решение

Позиция Верховного суда в деле № А40-104595/2014 не распространяется на оспоримые решения общего собрания акционеров. Суд по-прежнему может признать решение недействительным по основаниям оспоримости (п. 1 ст. 181.4 ГК РФ) только по иску акционера. В таких случаях обращение в суд напрямую бенефициара не имеет смысла.


Срок исковой давности для признания ничтожного решения собрания недействительным составляет 6 месяцев со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о принятии решения, но не позднее двух лет со дня, когда сведения о решении стали общедоступными для участников сообщества (ч. 5 ст. 181.4 ГК РФ, п. 112 постановления Пленума ВС РФ от 23.06.15 № 25).

Гражданский кодекс не регулирует срок исковой давности для исков о ничтожности решения собрания и не устанавливает специальных условий, которые нужно выполнить, чтобы обратиться в суд. Но Верховный суд разъяснил, что на споры о ничтожности решений распространяется тот же срок исковой давности, что и на споры об оспоримости (п. 112 постановления Пленума ВС РФ от 23.06.15 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»). При этом для хозяйственных обществ закон предусматривает сокращенные сроки оспаривания.

Решение общего собрания участников ООО можно оспорить в течение двух месяцев (ч. 4 ст. 43 Федерального закона от 08.02.98 № 14-ФЗ). Решение общего собрания акционеров — в течение трех месяцев (ч. 7 ст. 49 Федерального закона от 26.12.95 № 208-ФЗ). По логике Верховного суда для оспаривания таких решений как ничтожных по аналогии должен действовать тот же срок, что и для признания их недействительными.

В деле № А40-104595/2014 при повторном рассмотрении ответчик просил применить исковую давность, но суд отказался, сославшись на отсутствие оснований (постановление Девятого ААС от 17.10.16 по делу № А40-104595/2014).

Пленум Верховного суда разъяснил, что перед предъявлением иска о ничтожности решения заинтересованное лицо должно в письменной форме уведомить участников сообщества (акционеров и др.) о намерении обратиться в суд и раскрыть им информацию, имеющую отношение к делу. Если этого не сделать, суд обязан оставить исковое заявление без движения (п. 114–115 постановления Пленума ВС РФ от 23.06.15 № 25). В деле № А40-104595/2014 суды не проверяли, выполнил ли бенефициар эти условия. Возможно, это связано с тем, что бенефициар заявлял о контроле за обоими акционерами ЗАО «Аспект-Финанс», поэтому уведомлять их не требовалось. В иных ситуациях, например, когда бенефициар контролирует только одного из акционеров, придется выполнить это требование. Вероятно, что в дальнейшем судебная практика скорректирует этот подход.